Автомобиль Cord 812
Словосочетание «американский автомобиль» вызывает ассоциации с безразмерными дорожными дредноутами, до приторности обвешанными хромированным декором, с огромными крыльями и ракетными соплами. Кому-то они кажутся идеальным воплощением эпохи, кому-то - полной безвкусицей. Возможно, последние правы - многие американские автомобили лишены индивидуальности, пахшей друг на друга как две капли воды, будь то модели времен аэростиля или довоенные угловатые рыдваны, выполненные согласно тогдашним представлениям о роскоши.
Но всегда найдется желающий выделиться из общей массы. В США таким был Эррет Лоббан Корд - владелец Cord Corp, которая выпускала лучшие американские автомобили: дерзкие и дорогущие Duesenberg, стремительные спидстеры Auburn с компрессорными моторами и переднеприводные Cord, поражающие воображение дизайном, интерес к которым не смогла задушить даже Великая депрессия. Сам Корд был из числа авантюристов автопрома, которые не ставили во главу угла получение сверхприбыли, а пытались прославиться созданием суперавтомобиля. И ему это удалось.
«Американочки забираются в эти машины и сидят там целыми часами, не в силах выйти. В полном расстройстве чувств они нажимают кнопку, и фонари торжественно выползают из крыльев. Снова они касаются кнопки, и фонари прячутся в свои гнезда. И снова ничего не видно снаружи - голое сверкающее крыло», - советские писатели Илья Ильф и Евгений Петров посетили Нью-Йоркский автосалон в ноябре 1935 года и остались в восторге от представленного на нем Cord 810, Ну а «расстройство чувств» было связано с невозможностью купить это чудо. Между тем американские автомобильные журналисты обзывали Cord 810 «гробом на колесах» и «холодильникам» - все из-за непривычной формы капота.
Тогда у большинства американских автомобилей передок был вычерчен по строгим классическим канонам: высокая доминирующая радиаторная решетка в хромированном окладе, по бокам огромные отдельно стоящие фары. Автор Cord 810 Гордон Миллер Бьериг нарисовал принципиально новый облик автомобиля - необыкновенно чистый, не имеющий ничего лишнего. Стоит сказать, что первый эскиз будущего Cord, датированный 1933 годом, Бьериг отправил на один из конкурсов, и председательствующий в жюри мэтр американского автомобильного стиля Харли Эрл назвал эту работу худшей из всех присланных.
Зато она понравилась Эррету Корду. Два года спустя воплощенный в металле Cord 810 был признан самым красивым экспонатом Нью-Йоркского автосалона, а желающих его приобрести оказалось несколько сотен человек - им пообещали машины к Рождеству. Такая самонадеянность сыграла с Кордом злую шутку -ни к Рождеству, ни к весне 1936 года машин никто не получил. Вывод новой модели на конвейер сильно затянулся, и Корд потерял своих первых клиентов - большая часть заказов была аннулирована, так как люди просто-напросто устали ждать. Те же, кто дождались, столкнулись с кучей проблем - шарниры угловых скоростей часто выходили из строя, мотор перегревался из-за плохого обдува, оставляло желать лучшего переключение передач.
Слухи о том, что Cord 810 - машина плохая, распространились молниеносно, и с этим уже ничего нельзя было сделать, репутация машины была испорчена. В общем, первый блин вышел комом. Даже сейчас коллекционеры не особо жалуют эту модель, отдавая предпочтение более позднему Cord 812 с компрессором.
И все же этот неординарный автомобиль нашел своего покупателя. Владельцами Cord становились представители артистической богемы, «золотая молодежь», знаменитости-однодневки, разные творческие личности, любящие все экстравагантное, и откровенные чудаки. Норвежская конькобежка, олимпийская чемпионка 1936 года Соня Хенни являлась поклонницей американской марки: сначала у нее был Cord L-29, а когда появилась новая модель - Cord 812, приобрела и ее. Такой машиной пользовалась знаменитая летчица Амелия Эрхарт. Король резиновой жвачки Уильям Ригяи, голливудский Тарзан тех лет Джонни Весмюллер, полоумный супербогач Говард Хьюз также имели в своих гаражах Cord 812.
А вот консервативная Европа модель не приняла, сочла ее слишком вычурной и неоправданно дорогой. Один Cord 812 был и в СССР. В конце 30-х годов мальчишки со всей Москвы сбегались к дому на Садовом кольце, чтобы посмотреть на фантастическую машину - Герой Совеского Союза летчик Михаил Громов, командир экипажа АНТ-25, совершившего беспосадочный перелет через Северный полюс в Америку, подкатывал к своему подъезду за рулем родстера Cord. Сам Громов говорил, что Cord «доезжает за три вспышки от Кремля до Таганки» - хороший образ, учитывая, что под капотом стоял двигатель с компрессором. Тогда многие знаменитые советские летчики - к примеру, Чкалов, Байдуков, Беляков - тоже имели американские автомобили, но все больше консервативные Packard или Cadillac. Друзья - авиаторы, «герои неба», считали экстравагантный Cord чудачеством: вот Packard - это машина, сам товарищ Сталин любит эту марку! Громов только улыбался в ответ - за передним приводом будущее! И, заметим, оказался прав. Кстати, его Cord 812 дожил до наших дней,- находится сейчас в одной закрытой частной коллекции.
Сейчас в России три автомобиля марки Cord (все три в частных собраниях): седан, «громовский» родстер, которым сейчас занимаются реставраторы, и еще один, представленный на фото. Его владелец - коллекционер и реставратор Вячеслав Лен – приобрел автомобиль в Германии при типичных обстоятельствах. Один из серьезных собирателей олдтаймеров умер, а наследники, не разделявшие увлечение родственника, распродали то, что он насобирал за свою жизнь – примерно два десятка раритетов: кабриолет Packard Twelve, спорт-купе Delage D-8-120, кабриолет Mercedes-Benz 300 Adenauer). Хозяин явно души не чаял в своем Cord 812, часто ездил на родстере и не жалел денег на его содержание -продавцы отдали Вячеславу целую кипу счетов из автомастерской, каждый на сумму не менее тысячи евро. Наверное, поэтому состояние автомобиля идеальное, к тому же пару лет назад была проведена высококлассная реставрация. Тогдашний владелец выкрасил его в оригинальный цвет, обозначавшийся в каталоге фирмы как пепельно-белый. Когда Cord оказался в России, то при регистрации ему в ПТС сначала хотели вписать молочный цвет, потом светло-желтый, но в итоге обозвали необычный колор песочно-белым; в техпаспорте же он фигурирует как бежевый.
Надо сказать, что цвет очень сильно влияет на восприятие Cord 812. Родстеру и кабриолету больше подходит ярко-красный, а серый и голубой - седану, причем «медленной» 810-й модели без компрессора. С песочно-белой окраской выделяется массивный капот, однако пространства под ним едва хватает для V-образной восьмерки Lycoming. Когда в 1936 году на автомобиль решили поставить компрессор (такая модификация имеет в обозначении индекс 812, а не 810), то места для него не нашлось - компрессор пришлось нахлобучить сверху, между головками блока. Капот в связи с этим приподняли на несколько сантиметров, но дизайнеры ловко скрыли это с помощью дополнительного лувра.
С компрессором фирмы Schwitzer-Cummins мощность увеличилась с «атмосферных» 125 л.с. сначала до 170, а затем и до 190 л.с. Скорость выросла до 170 км/ч, а время набора «сотни» - до 13 секунд. Вместе с нагнетателем машина получила хромированные трубки по бокам капота, что сделало ее неординарный облик и вовсе фантастическим.
Компрессорный Cord 812 отличился в спорте - в 1937 году на нем было установлено несколько десятков национальных рекордов для серийных автомобилей. Так, в соревнованиях на экономичность он показал пробег 18,24 мили (около 29 км) на одном галлоне топлива, а на трассе в Индианаполисе автомобиль за 24 часа прошел примерно 1850 миль (более 3000 км). Кроме того, обычный серийный Cord 812 развил на дистанции в одну милю скорость в 107,66 мили/час (177,22 км/ч). Нынешний владелец рискнул разогнаться только до 170 км/ч -лишь однажды, интереса ради, обычно же он предпочитает крейсерскую скорость в районе «сотни». Все-таки коллекционный автомобиль надо беречь, а если уж так сильно хочется погонять, то для этого сгодится и что-нибудь подешевле Cord.
Например, Ferrari 60-х годов или Corvette Stingray 70-x. Старинный автомобиль, пусть для своего времени скоростной и футуристичный, как Cord 812 Roadster, все-таки располагает к неспешному передвижению - скажем, по паркам или пустынным загородным трассам. Может быть, потому, что любой олдтаймер имеет свойство «машины времени» - переносит в другую эпоху, когда течение жизни было не таким быстрым. Даже фары в автомобиле выдвигаются не нажатием кнопочек, как писали Ильф и Петров, а несколькими оборотами специальных рукояток, расположенных по краям панели приборов. Видимо, писатели наблюдали опытный образец, а серийная модель оказалась попроще. Могли быть и другие изменения - например, фары открывались первоначально не вертикально, а горизонтально, и находились не на фронтальной поверхности крыльев, а на внутренней боковой.
Но при любом раскладе машина поражает своей неординарностью. Вообще, способность удивлять характерна для Cord. Вот хрестоматийный пример. Однажды в послевоенной Италии возвращавшийся из школы мальчик увидел припаркованный Cord 812, остановился, пораженный, долго разглядывал редкостную для его страны машину и уже дома на листке бумаги набросал рисунок - фотоаппарата у него не было. В результате рисование машин стало делом его жизни. Звали мальчика Марчелло Гандини - в будущем он прославился как дизайнер многих моделей Lamborghini.
Как уже говорилось, Cord 812 Вячеслава Лена не стоит в боксе на вечном приколе, ездит по Москве, и, кто знает, может, кто-то из увидевших Cord мальчишек уже увлеченно рисует автомобили.
МОТОР, Иван Баранцев |
